|
27.
Январская стужа сжигает дотла
Слова, что пусты и мгновенны.
И жалит тебя, соблазняя, игла
И яд обжигает мне вены.
И небо, устало, готово упасть,
И плачут озябшие ветры,
И дни выпадают, как карты, не в масть,
И пепел остался от веры.
28.
Я был намерен и не смог
Спасти тебя из плена сна.
Из тысяч жизненных дорог
Тобою выбрана одна.
Я был с тобой наивно строг,
Не понимая власти сна,
Но я бессилен, видит бог,
И в этом вся моя вина.
29.
Когда душа обречена,
Когда смертельно ранен разум,
Когда твоя вина видна
И невооруженным глазом,
Когда я кинут, словно лох,
Привычно и чистосердечно,
Пусть разведет нас в жизни бог,
Чтобы свести, где счастье вечно.
30.
Ласк моих усталый ворох,
Не рождает ливня трав:
Ты как отсыревший порох,
Ты как повседневный страх.
Ты тревожный отзвук звука,
Отсвет света, полутон:
Счастье ты мое и мука,
Мой случайный вздох и стон.
31.
Я жил давно или недавно.
Я жил, и жизнь любил свою.
В тебе не плачет Ярославна
По мне убитому в бою.
И ты безжалостно довольна.
И ты трагически светла.
Меж нами отгремели войны
Зло не убив, добавив зла.
32.
Я любви повторяю азы
И похож на влюбленного психа.
На душе беспокойно и тихо
Словно в небе в преддверье грозы.
Словно в доме в преддверье беды,
Словно в море в преддверии шквала...
Я ловлю свет счастливой звезды
В ожиданье девятого вала.
34.
Ты ушла, словно канула в Лету.
Ты исчезла в развалинах мглы.
Ты поверила прежнему ветру.
Ты доверилась танцу иглы.